Когнитивная психотерапия аарона бека

Когнитивная психотерапия А. Бека

Когнитивная психотерапия Аарона Бека

ХРИСТИАНСКИЙ ГУМАНИТАРНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

РЕФЕРАТ

студентки 5 курса гуманитарного факультета

Учебная дисциплина:

«Организация психологической службы»

Тема: « КОГНИТИВНАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ БЕКА»

«Защищен»____________ «Оценка»_________

Одесса-2008г.

ПЛАН

ВВЕДЕНИЕ

1. КОГНИТИВНАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ БЕКА

Когнитивная терапия депрессий

Когнитивная терапия личностных расстройств

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЛИТЕРАТУРА

ВВЕДЕНИЕ

Психотерапия – деятельность, осуществляемая психологом, прошедшим специальную подготовку, основанную на теоретических, эмпирических и практических знаниях.

Работа психотерапевта имеет широкий диапазон: от простого снятия симптома до глубокой и долговременной работы над личностью.

Если врачи под методом психотерапии понимают принцип лечения, вытекающий из патологии заболевания, то для психологов метод означает научную парадигму, находящуюся в рамках данной психологической ориентации.

Основная проблематика когнитивной психологии – выявление и изучение различных структур мыслительного процесса. Она, с одной стороны, возникла как реакция на бихевиористическое игнорирование внутренней организации психических процессов, в другой – как продолжение бихевиоризма с когнициями.

Основателями когнитивного направления терапии считаются Аарон Бек и Альберт Эллис, которые заложили основание когнитивной терапии почти одновременно и независимо друг от друга. Как считает сам А. Бек, теоретической основой когнитивной терапии послужили:

— во-первых, феноменологический подход в психологии с положением о том, что индивидуальное видение «Я» и личностного мира есть та ось, вокруг которой формируется способ поведения;

— во-вторых, глубинная психология, в частности структурный подход фрейдовской теории;

— в-третьих, когнитивная психология, в частности теория личностных конструктов Дж. Келли. Задача данной работы дать характеристику предложенных А. Беком направлений когнитивной терапии депрессии и когнитивной терапии личностных расстройств.

КОГНИТИВНАЯ ТЕРАПИЯ А. БЕКА

Когнитивная терапия депрессии

Аарон Бек родился в 1921 году в семье евреев-эмигрантов из России. Тремя годами раньше, во время эпидемии гриппа, его родители потеряли свою единственную дочь, из-за чего он с детства с болью наблюдал за депрессивным состоянием своей матери.

После получения медицинского образования, он начал профессиональную карьеру на кафедре психиатрии Пенсильванского университета. В начале 60-х годов он пересматривает психоаналитическую концепцию и разрабатывает основы когнитивной психотерапии.

Первоначально Бек занимался исследованием депрессии, а затем перешел к изучению широкого круга психологических проблем, включающих в себя тревожные расстройства.

Рассмотрим когнитивную терапию депрессии. Некоторые люди смотрят на мир через так называемые розовые очки.

Когнитивный подход Бека к депрессии предполагает, что «очки» человека, страдающего от депрессии, имеют тонированные стекла.

Бек считает, что симптомы как депрессии, так и тревожности являются результатом представлений клиента о мире. В частности, мышление человека, страдающего депрессией, характеризуется когнитивной триадой:

— негативным взглядом на себя (низкая самооценка);

— на свое личное будущее;

— на свои переживания.

Люди, находящиеся в состоянии депрессии, также допускают грубые ошибки при обработке информации – они обычно преувеличивают негативное и преуменьшают позитивное.

Пациенты, страдающие депрессией также склонны к излишнему обобщению («Никто меня не любит»). Еще одной ошибкой таких пациентов является избирательная абстракция, при которой одна деталь вырывается из ситуации, а затем обобщается.

По мнению Бека, склонность к депрессивным состояниям приобретается в раннем детстве. Он считает, что дети мыслят глобальными, абсолютными категориями – и/или, а у депрессантов эти примитивные способы мышления сохраняются и в зрелом возрасте. В частности они придерживаются неких примитивных, упрощенных схем, усвоенных в раннем возрасте.

Когнитивная терапия является систематическим конструрированным, решающим проблемы подходом. Обычно она ограничена во времени и редко превышает 30 сеансов. Каждый терапевтический сеанс имеет программу, в которой в отличие от свободной формы психоанализа или клиентцентрированной терапии.

Бек полагает, что терапевт должен быть доброжелательным, эмпатичным и искренним. Однако при этом не считает, что этого достаточно для проведения терапии. Скорее терапевтические отношения важны, поскольку являются источником изучения. Сам терапевт является моделью того, чему он хочет научить.

Если терапевт чересчур обстоятелен и может читать нравоучения, это просто подкрепит первоначальную рассудительность клиента.

Конечная цель когнитивной терапии – выявить дисфункциональные суждения, увидеть, как они «спускают курок» и вызывают депрессивные чувства и поведение, а потом попытаться их изменить. Важно отметить, что Бек заинтересован не столько в том, о чем клиент думает, сколько в том, как он думает..

Он даже допускает, что иногда депрессивные познания могут быть правильными (например, кто-то может игнорировать вас, потому что вы ему не нравитесь). Бека не интересует процесс обучения «позитивному мышлению». Он считает его столь же разрушительным, как и негативное мышление.

Вопрос не в том, любит ли себя клиент или нет, а в том, мыслит ли он категориями «Я хороший» или «Я плохой» в зависимости от того, что происходит.

Аналогичным образом жизнь для Бека – это не поиски счастья. Счастье, по его мнению, является побочным продуктом деятельности. Бек хочет, чтобы его клиенты научились проверять гипотезы.

Даже если депрессивные мысли иногда могут быть правильными, депрессия возникает при наличии депрессивной триады и дисфункциональных ошибок людей при обработке информации. Бек пытается научить клиентов рассматривать эти идей в качестве гипотезы, а не фактов, а потом проверять их с помощью доказательств.

Развитие такой установки проверки гипотез приведет к созданию гораздо более гибкой, ненавязчивой когнитивной системы, способной справиться с возникающими иногда негативными мыслями, которые подкрепляются доказательствами. Во время первых сеансов Бек изучает трудности клиента и составляет план действий.

Связь между мыслями и чувствами демонстрируется клиенту на примерах. Затем используется две основные линии атаки для борьбы с дисфункциональными мыслями. Это бихевиоральные и когнитивные техники.

Бихевиоральные техники используются в первую очередь с клиентами, находящимися в глубокой депрессии. Такие клиенты могут испытывать трудности при обработке информации. Следовательно, когнитивные вмешательства для них часто являются неэффективными.

Бихевиоральные вмешательства помогают снять депрессию клиента. Заставить клиента действовать – значит научить его оказывать сопротивление мыслям типа «Я ничего не могу сделать» или «Я кретин».

К тому же терапевт может заставить клиента приступить к проверке дисфункциональных мыслей во время реальных актов его поведения.

После того, как удастся снять депрессию, клиент становится открытым для когнитивного вмешательства.

Бек не верит, что вылечить депрессию можно одними только бихевиоральными методами. Нужно также бороться с основными негативными мыслями, которые вызвали депрессию, иначе она вернется снова.

Бек использует несколько бихевиоральных вмешательств. Например, перечень ежедневных действий является почасовой записью клиентом своих поступков, какими бы тривиальными они не были. Это помогает бороться с такими дисфункциональными мыслями, как «Я никогда ничего не делаю».

При работе с клиентами, страдающими депрессией, Бек использует также другое бихевиоральное вмешательство – серию поэтапных заданий . Клиент, для которого подъем с кровати является достижением, может получить задание почистить зубы и побриться. После того, как он справится с этим ему может быть поручено приготовить себе завтрак и отправиться на прогулку.

На следующей неделе его задание может включать в себя чтение газеты и просмотр объявлений о рабочих вакансиях. Стратегия заключается в подборе заданий, которые постепенно возвращают клиента, страдающего депрессией к полному функционированию. Однако при этом, важно подбирать такие задания, которые под силу клиентам.

Бек подчеркивает, что целью поступка является его совершение, а не доведение до конца.

Еще одной техникой является когнитивная репетиция Клиенты, страдающие глубокой депрессией, часто не могут справиться со сложным заданием, поскольку испытывают трудности с концентрацией и мышлением. В результате они могут навредить сами себе.

Чтобы предугадать трудности, которые могут встретиться при выполнении задания, терапевт заставляет клиента отрепетировать его, т.е. пройти шаг за шагом. В этом случае трудности обнаруживаются заранее и клиенту удается принять меры по их преодолению.

К тому же терапевт может дать клиенту соответствующие рекомендации.

В качестве еще одной техники, используется также ролевая игра. После того как депрессия уменьшится, психотерапевт может начать сосредотачиваться на когнитивных техниках.

Вначале необходимо добиться понимания клиентом связи между своими мыслями и чувствами. Для этого ему дается задание вести ежедневный отчет о бессознательных мыслях .

Каждый раз, когда клиент замечает наступление депрессии, он должен попытаться восстановить мысли, предшествовавшие наступлению депрессивных чувств.

Кроме ежедневных записей дисфункциональных мыслей и чувств клиента просят отметить альтернативные, менее дисфункциональные пути восприятия ситуации. В результате клиент понимает, что ограничивает себя одним способом восприятия ситуации, в то время, когда их существует множество.

Источник: http://MirZnanii.com/a/197664/kognitivnaya-psikhoterapiya-a-beka

Читать онлайн «Когнитивная психотерапия расстройств личности» автора Бек Аарон — RuLit — Страница 1

Читать онлайн

Аарон Бек, Артур Фримен

Когнитивная психотерапия расстройств личности

Выход в свет любой книги связан с шестью важными этапами. Первый из них — это нервная дрожь и возбуждение при начале работы над книгой. На этой ранней стадии предлагаются, разрабатываются, видоизменяются, отвергаются, переоцениваются и по-новому формулируются различные идеи.

Причиной написания этой книги, как и многих других наших работ, послужила клиническая необходимость в сочетании с научным интересом. Пациенты с личностными расстройствами были частью клиентуры практически каждого психотерапевта нашего Центра. Идея этой книги возникла из еженедельных клинических семинаров, проводимых Аароном Т. Беком.

По мере развития этой идеи с нами делились информацией и клиническим опытом коллеги из Пенсильванского университета и центров когнитивной психотерапии со всей страны, за что мы им очень признательны. Многие из них стали нашими соавторами и оказали большое влияние на направленность и содержание этой книги.

Их блестящий ум и клиническая проницательность привнесли в эту книгу живость изложения.

Второй важный этап в рождении книги — создание рукописи. Теперь идеи получили конкретное воплощение и изложены на бумаге. Именно с этого момента начинается процесс обретения формы. Лоуренс Трекслер заслуживает всяческих похвал за то, что взял на себя ответственность за просмотр и доработку многих глав. Это придало проекту целостность и внутреннюю связь.

Третий этап начинается, когда рукопись отправлена в издательство. Сеймур Вайнгартен, главный редактор издательства «Гилфорд пресс», многие годы был другом когнитивной психотерапии.

(Дар предвидения и мудрость Сеймура помогли ему более десяти лет назад опубликовать ставшую классической работу «Когнитивная психотерапия депрессии» (Cognitive Therapyof Depression).) Благодаря его помощи и поддержке работа над книгой смогла подойти к своему завершению.

Ведущий редактор Джудит Громен и редактор Мария Стрейбери сделали рукопись удобочитаемой без ущерба для содержания и направленности текста. Наряду с другими сотрудниками издательства они завершили работу над книгой.

Четвертый этап связан с окончательной редакцией и набором рукописи. Тина Инфорцато оказала нам добрую услугу, неоднократно набирая текст черновых вариантов отдельных глав. На заключительном этапе ее способности проявились с особым блеском.

Она собрала разбросанные по тексту библиографические ссылки, внесла в текст множество сделанных нами исправлений и создала компьютерную версию книги, с которой и проводился типографский набор. Карен Мадден хранила черновики книги и заслуживает благодарности за свое упорство.

Донна Батиста помогала Артуру Фримену поддерживать организованность, несмотря на его участие в различных проектах. Барбара Маринелли, руководитель Центра когнитивной психотерапии Пенсильванского университета, как всегда взяла на себя основной объем работы и позволила Беку сосредоточиться на создании этой книги и других научных работ.

Доктор Уильям Ф. Раньери, председатель Совета по психиатрии Университета терапии и стоматологии Нью-Джерси и Школы остеопатической медицины, также был сторонником когнитивной психотерапии.

Заключительный этап — публикация книги. Итак, уважаемые коллеги, вы держите в руках нашу книгу, которая, как мы надеемся, окажется полезной для вас.

Мы искренне благодарим своих спутниц жизни Джадж Филлис Бек и доктора Карен М. Саймон за их неоценимую поддержку.

Продолжающееся до сих пор сотрудничество основных авторов книги началось с отношений между студентом и преподавателем и развивалось последние 13 лет при взаимном уважении, восхищении, привязанности и дружбе. Мы многое узнали друг от друга.

Наконец, пациенты, с которыми мы работали целые годы, позволили нам разделить их бремя. Именно их боль и страдание побудили нас создать теорию и методы, получившие название когнитивной психотерапии. Они многому нас научили, и мы надеемся, что смогли помочь им начать жить более полноценной жизнью.

Аарон Т. Бек,

доктор медицины, Центр когнитивной психотерапии Пенсильванского университета

Артур Фримен,

доктор педагогических наук, Институт когнитивной психотерапии, Университет терапии и стоматологии Нью-Джерси

В течение десятилетия, прошедшего с издания книги Аарона Т. Бека и его коллег «Когнитивная психотерапия депрессии», когнитивная психотерапия получила значительное развитие. Этот метод стал применяться для лечения всех распространенных клинических синдромов, включая тревогу, панические расстройства и пищевые нарушения.

Изучение результатов применения когнитивной психотерапии показало ее эффективность в лечении широкого круга клинических расстройств. Когнитивная психотерапия применялась ко всем возрастам (детям, подросткам, гериатрическим пациентам) и использовалась в различных условиях (амбулаторно, в стационаре, для пар, групп и семей).

Используя накопленный опыт, настоящая книга впервые рассматривает весь комплекс когнитивной психотерапии расстройств личности.

Работа когнитивных психотерапевтов привлекла к себе внимание во всем мире; повсюду в Соединенных Штатах и Европе были созданы центры когнитивной психотерапии.

На основе обзора работы клинических и консультирующих психологов Смит (Smith, 1982) сделал вывод, что «когнитивно-поведенческий подход сегодня является одним из самых сильных, если не самым сильным» (р. 808).

Начиная с1973 года интерес к когнитивным подходам среди психотерапевтов вырос на 600 % (Norcross, Prochaska & Gallagher, 1989).

Большая часть исследований, теоретических разработок и клинической подготовки в области когнитивной психотерапии проводилась в Центре когнитивной психотерапии в Пенсильванском университете или в центрах, организованных теми, кто обучался в этом центре.

В основе данной работы лежат семинары и разборы первичных больных, проводившиеся Беком в течение многих лет. Когда мы решили написать книгу, в которой мы могли бы изложить понимание, достигнутое в ходе нашей работы, мы отдавали себе отчет в том, что одному или двум людям невозможно охватить все рассматриваемые расстройства.

Поэтому для работы над книгой мы собрали группу обучавшихся в Центре когнитивной психотерапии известных и талантливых психотерапевтов, каждый из которых писал раздел по своей специализации. Мы отвергли идею отредактированного текста, в котором предлагается ряд несопоставимых (или слишком детальных) наблюдений.

В интересах цельности и последовательности изложения мы решили, что эта книга будет результатом совместных усилий всех ее авторов.

Каждый автор взял на себя ответственность за определенную тему или расстройство.

Затем с черновым материалом по каждой теме знакомились все авторы, что должно было стимулировать плодотворное сотрудничество и способствовать последовательности изложения, после чего материал возвращался первоначальному автору (или авторам) для исправлений и доработки.

Хотя эта книга — результат работы нескольких авторов, все они ответственны за ее содержание. Основные авторы каждой из глав будут указаны ниже. Интеграцией материала, заключительным редактированием и обеспечением связности текста занимался Лоуренс Трекслер (доктор философии; больница Френдз, Филадельфия, Пенсильвания).

Книга состоит из двух частей. В первой части предлагается широкий обзор исторических, теоретических и психотерапевтических аспектов темы. Затем следуют клинические главы, которые детализируют индивидуальное лечение определенных личностных расстройств.

Клинические главы соответствуют трем группам, описанным в третьем издании «Руководства по диагностике и статистической классификации психических расстройств» (DSM-III-R) (АРА, 1987).

Группа А — нарушения, которые описаны как «странные или эксцентричные», включает параноидное, шизоидное и шизотипическое расстройства личности.

Группа В включает антисоциальное, пограничное, гистрионное и нарциссическое расстройства личности, которые описаны как «драматические, эмоциональные или сумасбродные». Группа С включает «людей, одержимых тревогой или страхом», которые попадают в категории избегающего, зависимого, обсессивно-компульсивного и пассивно-агрессивного расстройств личности.

Источник: http://www.rulit.me/books/kognitivnaya-psihoterapiya-rasstrojstv-lichnosti-read-59413-1.html

Читать онлайн «Когнитивная терапия депрессии», автора Бек Аарон

Читать онлайн «Когнитивная терапия депрессии», автора Бек Аарон

Аарон Бек, А. Раш, Брайан Шо, Гэри Эмери.

Когнитивная терапия депрессии.

(Aaron Beck, A. Rush, Brian Shaw, Gary Emery. Cognitive Therapy of Depression, 1979)

Данная книга представляет собой итог многолетней исследовательской и клинической практики авторов. В ней представлены специальные техники, позволяющие скорректировать когнитивные искажения пациента и в конечном счете способствующие ослаблению депрессивных симптомов.

Предложенная авторами концепция домашней работы, или «аутотерапии», открывает реальную возможность для расширения терапевтического процесса и выведения его за рамки терапевтических сессий.

Книга адресована как психотерапевтам, придерживающимся когнитивно-поведенческой традиции, так и специалистам, стремящимся расширить границы профессионального знания.

Предисловие.

Монография, открывающая новый подход к пониманию и психотерапии депрессии, заслуживает хотя бы краткого рассказа об истории ее создания.

Данная книга представляет итог многолетней исследовательской и клинической практики. Ее появление на свет стало возможным благодаря усилиям многих и многих людей — клиницистов, исследователей, пациентов.

Отдавая должное вкладу отдельных людей, я предполагаю также, что сама по себе когнитивная терапия есть отражение тех изменений, которые в течение многих лет происходили в области поведенческих наук и только в последние годы оформились в ведущую тенденцию.

Впрочем, мы пока не можем точно оценить, какую роль сыграла так называемая «когнитивная революция в психологии» в развитии когнитивной терапии.

Помещая данную книгу в персональную перспективу, я бы отослал читателя к моей ранней работе «Депрессия» (; 1967), являвшей собой первое приближение к когнитивной модели и когнитивной терапии депрессии и иных неврозов.

Мой следующий труд «Когнитивная терапия и эмоциональные расстройства» (), опубликованный в 1976 году, содержал подробное описание когнитивных аберраций, характеризующих каждый из этих неврозов, детальное изложение общих принципов когнитивной терапии и более стройную схему когнитивной терапии депрессий.

Мне пока и самому не до конца ясно, откуда берут свое начало мои формулировки, касающиеся когнитивной терапии депрессии. Оглядываясь назад, я понимаю, что первые догадки сквозили уже в том начинании, которое я предпринял в 1956 году с целью обоснования некоторых психоаналитических концептов.

Я верил в истинность психоаналитических формулировок, однако испытывал определенное «сопротивление», вероятно, естественное для академического психолога и психиатра, придающего столь большое значение эмпирическим данным.

Полагая возможным разработать конкретные техники, я провел серию изыскательских работ, призванных подтвердить правильность психоаналитического понимания депрессии.

Другим, возможно, более веским мотивом было желание понять психологическую конфигурацию депрессии, чтобы разработать схему краткосрочной психотерапии, направленной на устранение очаговой психопатологии.

Хотя первые результаты моих эмпирических исследований как будто бы подтверждали существование психодинамических факторов депрессии, а именно ретрофлективной враждебности, выражением которой является «потребность в страдании», последующие эксперименты принесли целый ряд неожиданных открытий, противоречивших данной гипотезе, что подтолкнуло меня к более критичной оценке психоаналитической теории депрессии, а затем и всей структуры психоанализа. В конечном итоге я пришел к заключению: депрессивные пациенты вовсе не испытывают «потребности в страдании». Экспериментальные данные свидетельствовали о том, что депрессивному пациенту свойственно избегать поведения, способного вызвать отвержение или неодобрение со стороны окружающих; он, напротив, стремится быть принятым людьми и заслужить их одобрение. Это расхождение между лабораторными данными и клинической теорией и сподвигло меня к переоценке своих убеждений.

Примерно в то же время я с огорчением для себя начал осознавать, что надежды, возлагаемые мною на психоанализ в начале 1950-х годов, оказались напрасными: многолетний курс психоанализа, через который прошли многие мои аспиранты и коллеги, не вызвал сколько-нибудь ощутимых позитивных сдвигов в их поведении и чувствах! Более того, работая с депрессивными пациентами, я заметил, что терапевтические интервенции, основанные на гипотезе «ретрофлективной враждебности» и «потребности в страдании», зачастую не приносят пациенту ничего, кроме вреда.

Таким образом, клинические наблюдения, экспериментальные и корреляционные исследования, а также непрекращающиеся попытки объяснения данных, противоречивших психоаналитической теории, привели меня к полному переосмыслению психопатологии депрессии и других невротических расстройств.

Обнаружив, что депрессивные пациенты не имеют потребности в страдании, я начал искать иные объяснения их поведению, которое только «выглядело» как потребность в страдании.

Я задался вопросом: как еще можно объяснить их неустанное самобичевание, их устойчиво негативное восприятие действительности и то, что как будто бы говорило о наличии аутовраждебности, а именно их суицидальные желания?

Вспомнив свое впечатление о «мазохистских» сновидениях депрессивных пациентов, которое, собственно, и послужило отправной точкой моих исследований, я стал искать альтернативные объяснения тому факту, что депрессивный сновидец постоянно видит себя во сне неудачником — он либо теряет какую-то ценную вещь, либо не может достигнуть какой-то важной цели, либо предстает ущербным, безобразным, отталкивающим. Прислушавшись к тому, как пациенты описывают себя и свой опыт, я заметил, что они систематически перетолковывают факты в худшую сторону. Эти истолкования, сходные с образным рядом их сновидений, навели меня на мысль, что депрессивному пациенту присуще искаженное восприятие реальности.

Дальнейшие систематические исследования, включавшие разработку и апробацию новых инструментов, подтвердили эту мою гипотезу. Мы обнаружили, что депрессия характеризуется глобально пессимистическим отношением человека к собственной персоне, внешнему миру и своему будущему.

По мере аккумулирования данных, подтверждавших ведущую роль когнитивных искажений в развитии депрессии, я разрабатывал специальные техники, основанные на применении логики, которые позволяют скорректировать когнитивные искажения пациента и в конечном счете ведут к ослаблению депрессивных симптомов.

Благодаря нескольким исследованиям мы пополнили наши знания о том, как депрессивный пациент оценивает свой текущий опыт и свои перспективы. Эти эксперименты показали, что при соблюдении определенных условий серия успешно выполненных заданий может сыграть огромную роль в изменении негативной Я-концепции пациента и тем самым устранить многие симптомы депрессии.

Эти исследования позволили нам дополнить вышеописанные техники корректирования когнитивных искажений новым весьма действенным средством, таким как проведение экспериментов, призванных проверить ошибочные или преувеличенно пессимистические убеждения пациента, что в конечном счете существенно расширило терапевтический процесс. Теперь у пациентов появилась возможность проверять свои пессимистические интерпретации и прогнозы в реальных жизненных ситуациях. Концепция домашней работы, или, как мы позже назвали это, «аутотерапии», открыла реальную возможность для расширения терапевтического процесса и выведения его за рамки терапевтических сессий.

Развитие когнитивной терапии проходило под влиянием бихевиорального движения. Методологический бихевиоризм, подчеркивающий важность постановки дискретных задач и описывающий конкретные процедуры их решения, привнес совершенно новые параметры в когнитивную терапию (многие авторы даже стали именовать наш подход «когнитивно-поведенческой терапией»).

Данная монография в значительной степени являет собой итог тех конференций, что еженедельно проводились на факультете психиатрии Пенсильванского университета, где обсуждались проблемы, возникавшие при лечении конкретных пациентов: участники делились друг с другом опытом и совместно искали пути решения проблем.

Многочисленные предложения были впоследствии обобщены в серии терапевтических руководств, кульминацией которой является настоящее издание. Столь велико число людей, внесших вклад в становление и развитие нашего знания, что перечисление даже основных имен заняло бы слишком много места.

Мы благодарны всем участникам этих конференций, и я уверен, они прекрасно понимают, сколь большую роль они сыграли в появлении данной книги.

Особо хотелось бы поблагодарить наших коллег, помогавших нам материалами, предложениями и замечаниями при подготовке терапевтических руководств, предшествовавших данной монографии.

Наиболее активными нашими помощниками были Марика Ковач, Дэйвид Бернс, Ира Герман и Стивен Холлон. Мы чрезвычайно признательны и Майклу Махони, который взял на себя труд прочесть и отредактировать нашу рукопись.

Мы благодарим также Стерлинга Мури за его великодушную помощь на заключительных этапах подготовки книги.

Считаем себя обязанными отдать долг признательности Рут Л. Гринберг, сотрудничавшей с нами с начала и до конца этой затеи. Ее вклад в создание данной книги столь велик, что нам трудно подыскать слова для выражения нашей благодарности.

И наконец, мы приносим свою искреннюю благодарность машинисткам Ли Флеминг, Мэрилин Стар и Барбаре Маринелли.

В заключение несколько слов о «сексистском» языке. Говоря о «терапевте» и «пациенте», мы используем местоимения мужского рода («он», «его»), но это ни в коей мере …

Источник: https://knigogid.ru/books/763786-kognitivnaya-terapiya-depressii/toread

Когнитивная психотерапия — методы и техники, психотерапия Бека

Когнитивная психотерапия - методы и техники, психотерапия Бека

Метод, в основе которого лежит так называемая когнитивная психотерапия, является своеобразной стратегией влияния на симптоматику и поведенческие реакции внутреннего «Я» индивида, которые также затрагивают и его познавательные способности.

Такая форма «терапии» обычно является достаточно кратковременной и высокоструктурированной, при этом все изменения в познавательных функциях и на других уровнях отображаются в поведенческом ярусе индивида.

Психотерапия по методике когнитивно-бихевиорального подхода обеспечивает перепросмотр и развитие более реалистичного и подробного восприятие индивидом происходящих условий и оценки ситуаций.

Таким образом.

исходя из более рационального и подробного анализа индивидом случившихся с ним событий, вырабатывается более объективное и адекватное построение дальнейшего поведения и реакций на произошедшее.

Подводя итог о значении психотерапии в сфере когнитивных функций, можно утверждать о том, что она особо эффективна в том случае, когда индивиду требуется развитие в плане умения построения плана действий и принятия решения в определенных сложившихся ситуациях.

Обычно подобный подход применяется в какой-то определенный момент общей психотерапии пациента, а влияя на эмоциональную сферу, он затрагивает точку зрения индивида на самого себя и свою личность, трансформируя ее таким образом, чтобы исправить дефекты в эмоциональной и поведенческой сфере. Главное удобство подобной методики – это ее относительная простота, а также возможность ее комбинирования с любой другой психотерапевтической стратегией.

Когнитивная психотерапия Бека

Термин когнитивно-бихевиоральной терапии в современной психиатрии подразумевает целый комплекс методов. Каждый из них основывается на научном убеждении, что все вероятные нарушения в психике любого индивида происходя в результате любой дисфункции воззрения на мир и, соответственно, нарушения поведенческих реакций.

Первооснователем подобной методики, и тем, кто создал предполагаемую схему когнитивного мышления, являлся Аарон Бек. Именно он в своих работах подчеркивал тот факт, что в основе психологических нарушений и расстройств личности может лежать постоянное негативное мышление.

С его точки зрения восприятие реальности и ее интерпретация происходит примерно в следующие несколько этапов: внешние стимулы оказывают воздействие на когнитивную систему, которая их определенным образом перерабатывает, порождая посыл, результатом которого уже становится определенная эмоция, действие, или же их сочетание.

Исходя из этого, ученый также предполагал, что мысли людей обуславливают ряд их эмоций, те же. В свою очередь, диктуют определенную последовательность поведенческих реакций, которые впоследствии занимают определенное место в социуме.

Позиция Аарона Бека выражалась как: «Не мир изначально плохой, а люди видят его таковым». Если происходит диссонанс между внутренней интерпретацией мира и реально происходящими событиями, может развиться и психическое нарушение.

В основу своих работ Бек положил личный опыт наблюдения и лечения больных невротической депрессией.

В ходе своих исследований, он смог выделить три категории мышления, следуя которым индивид чаще всего приходит к развитию депрессивного расстройства:

  • Всегда преобладающий отрицательный взор на происходящее вокруг. Говоря иначе, такие индивиды чаще всего фокусируют внимание только на отрицательных сторонах любого события или условия. При том что жизнь может предоставлять им ровно тот же опыт, который приносит другим людям лишь удовольствие, они способны находить в нем только что-то плохое и подавляющее.
  • Постоянное погружение в безысходность. Индивид, размышляя о своем будущем, не видит в нем перспектив и каких-либо целей. Такое состояние проистекает из предыдущего, однако оно касается именно объективного восприятия индивидом своего будущего, а не происходящих на текущий момент событий.
  • Такое же «негативное внимание», но нацеленное на свое собственное «Я». Такое состояние часто называется пониженным чувством собственного достоинства. Подобные индивиды считают себя слабыми, беспомощными, не самостоятельными, не способными на что-либо.

Выработанная им система когнитивной психотерапии опиралась на этот опыт.

Она стала своеобразным конструированным методом, который не только способен выявить и подчеркнуть конкретные проблемы в психике, порождающие отрицательное мышление, но также позволяет их трансформировать в нужном направлении. Таким образом, когнитивная психотерапия Бека до сих пор занимает одно из ведущих мест среди всех семейных и безопасных методик в психиатрии.

Чаще всего требуется не более 30 сеансов, которые по времени могут быть не слишком продолжительными. Во многом все зависит от самого психотерапевта. К примеру сам Аарон Бек предполагал, что лечащий врач-психолог должен внешне и по суждениям представлять эталон того образа, к которому будет стремиться пациент.

перейти наверх

Методы когнитивной психотерапии

В наши дни разработаны и широко применяются многие методы когнитивной психотерапии.

Разумеется, главными из них являются методики, нацеленные на борьбу со склонностью к негативному мышлению, основывающиеся на изменении позиции взгляда на вещи, переосмысление полученного ранее опыта, травмирующих случаев из прошлого, детства.

Также нередко применяются техники, опирающиеся на воображение и самовнушение со стороны пациента. Как правило, основной задачей всегда является забывание прошлого и настоящего отрицательного опыта, и следование к новым начинаниям.

Психотерапия, основывающаяся на таких позициях, нацелена на подавление стремления пациента к постоянному негативному мышлению, будь оно сознательным или бессознательным.

Такая техника наиболее актуальна в том случае, если речь идет о депрессивных больных. Такие люди, к примеру, при воспоминании о событиях прошлого могут сказать, что разучились быть счастливыми.

Когда психотерапевт практикует когнитивную психотерапию, он не принимает такие заявления без каких-либо замечаний.

С точки зрения данной методики, специалист поощряет размышления больного и его обращение к прошлому, но старается подавить мышление в негативном ключе.

К примеру, в подобной ситуации пациента можно спросить о том, чтобы вспомнил те ситуации, когда он чувствовал себя счастливым и у него получалось побороть депрессию.

В этом направлении главным шагом психотерапии является обращение индивида к своему внутреннему «Я», объективная оценка собственных суждений и распознание тех мыслей, которые являются причиной появления негативных эмоций.

перейти наверх

Техники когнитивной психотерапии

Подобный подход в терапии в обязательном порядке требует формирования когнитивного психологического положения. Оно в свою очередь достигается регулярным структурированным подходом в обучении, создании внутренних установок, тренировок в аспекте адекватного поведения.

Конечная цель подхода заключается в упрощении достижения индивидом следующих качеств:

  • Вычисление личностных «негативных» мыслей и умозаключений.
  • Обнаружение постоянной взаимосвязи между типом своего мышления, формируемыми знаниями и опытом и, конечно же, происходящими действиями.
  • Обнаружение всех фактов «за» и «против» определенных всплывающих в сознании установок.
  • Нахождение наиболее разумных и соответствующих действительности объяснений для их появления.
  • Самостоятельное вычисление мыслей и убеждений, вызывающих дезорганизацию внутреннего я, а также их трансформирование и «уничтожение».

Как уже понятно, такой подход в мышлении позволяет своевременно в любой ситуации обнаружить то ход мыслей, который уродует и подавляет навыки индивида. Также психотерапия когнитивного мышления может своевременно позволить выявить подавляющие мысли, предотвратить страх или даже паническую атаку.

Чаще всего в комплекс упражнений, с помощью которых пациент способен достичь определенных знаний и навыков, входит релаксация, умения абстрагироваться и подавлять поток мышлений.

Источник: http://PsyTheater.com/kognitivnaya-psihoterapiya-tehniki.html

Когнитивная психотерапия расстройств личности


Соавторы: Артур Фриман (Фримен)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 44 страниц) Когнитивно-поведенческий подход к расстройствам личности

В последнее время поведенческие (Linehan, 1987a, b; Linehan, Armstrong, Allmon, Suarez & Miller, 1988; Linehan, Armstrong, Suarez & Allmon, 1988) и когнитивно-поведенческие психотерапевты (Fleming, 1983, 1985; Fleming & Pretzer, в печати; Freeman, 1988a, b; Freeman & Leaf, 1989; Freeman, Pretzer, Fleming & Simon, 1990; Pretzer, 1983, 1985, 1988; Pretzer & Fleming, 1989; Young & Swift, 1988) начали формулировать и предлагать когнитивно-поведенческий подход к лечению. Книга Миллона (Millon, 1981) – одна из немногих работ в области расстройств личности, имеющая социально-поведенческую направленность. В начале своего развития когнитивный подход использовал идеи «эго-аналитиков», почерпнутые из работ Адлера, Хорни, Салливана и Франкла. Хотя эти психотерапевтические новшества рассматривались психоаналитиками как радикальные, когнитивная психотерапия на ранних стадиях развития была во многих отношениях «инсайт-терапией», в которой в значительной степени использовались интроспективные методы, предназначенные для изменения «личности» пациента (Ellis, 1962; Beck, 1967). Пользуясь этими ранними работами, Бек (Beck, 1963, 1976; Beck, Rush, Shaw & Emery, 1979; Beck & Emery with Greenberg, 1985) и Эллис (Ellis 1957a, b, 1958) стали первыми, кто начал использовать широкий диапазон поведенческих методов лечения, включая выполнение в естественных условиях структурированных домашних заданий. Они постоянно указывали на психотерапевтическое воздействие когнитивных и поведенческих методов не только на симптомы, но также и на когнитивные «схемы» или убеждения, контролирующие поведение. Когнитивные психотерапевты работают на двух уровнях – структуры симптома (проявление проблем) и лежащей в его основе схемы (подразумеваемые структуры). Большинство исследований психотерапевтической практики свидетельствуют о том, что пациенты обычно имеют основные или «глубинные» проблемы, которые являются центральными и для когнитивных нарушений (например, негативная «Я»-концепция), и для проблемного поведения (например, зависимое поведение) (Frank, 1973). Когнитивная модель психотерапии постулирует тезис о том, что важные когнитивные структуры являются категориально и иерархически организованными. Широкий диапазон проблем пациента может быть отнесен к одному классу, и на эти проблемы могут повлиять изменения в одной или нескольких схемах. Эта формулировка согласуется с основными современными теориями когнитивной структуры и когнитивного развития, причем все они подчеркивают значение схем[1]

1   В данном контексте термины «схемы», «правила» и «основные убеждения» используются более или менее взаимозаменяемо. Более строго, «схемы» – это когнитивные структуры, которые организуют опыт и поведение; «убеждения» и «правила» отражают содержание схем и, как следствие этого, определяют содержание мышления, эмоций и поведения. Явления типа автоматических мыслей рассматриваются как продукт схемы (Beck et al., 1979).

[Закрыть]

как детерминант поведения, регулируемого правилами (Neisser, 1976; Piaget, 1970, 1974, 1976, 1978; Schank & Abelson, 1977). Схемы определяют фокус, направление и качество жизни в обычных и непредвиденных обстоятельствах.

Теоретики когнитивной психотерапии, как и психоаналитики, полагают, что обычно при лечении расстройств личности более продуктивно выявлять и изменять «глубинные» проблемы.

Эти две школы различаются во взглядах на характер глубинной структуры, и различие заключается в том, что представители психоаналитической школы считают эти структуры неосознаваемыми и труднодоступными для пациента.

Напротив, когнитивные психотерапевты придерживаются мнения, что данные явления в значительной степени осознаваемы (Ingram & Hollon, 1986) и при специальной подготовке могут быть еще более доступны для осознания.

Дисфункциональные чувства и поведение (согласно теории когнитивной психотерапии) в значительной степени обусловлены определенными схемами, которые лежат в основе искаженных суждений и сопутствующей им тенденции допускать когнитивные ошибки в некоторых типах ситуаций.

Основная посылка когнитивной модели психотерапии заключается в том, что главным источником дисфункциональных эмоций и поведения у взрослых являются ошибки атрибуции, а не отклонения в мотивации или реакциях (Hollon, Kendall & Lumry, 1986; Mathews & MacLeod, 1986; MacLeod, Mathews & Tata, 1986; Zwemer & Deffenbacher, 1984). В другой работе было показано, что у детей клинические когнитивные паттерны связаны с психопатологией так же, как соотносятся между собой когнитивные и эмоциональные паттерны, обычно обнаруживаемые среди взрослых (Beardslee, Bemporad, Keller & Klerman, 1983; Leitenberg, Yost & Carroll-Wilson, 1986; Quay, Routh & Shapiro, 1987; Ward, Friedlander & Silverman, 1987), и что у детей и взрослых эффективная когнитивная психотерапия может проводиться сходным образом (DiGiuseppe, 1983, 1986, 1989).

Ввиду долгосрочной природы характерологических проблем у пациентов с нарушениями личности, распространенного среди них уклонения от психотерапии, частого направления на лечение в результате давления семьи или требований закона и их видимого нежелания или неспособности меняться именно они обычно являются наиболее трудными пациентами среди клиентуры клинициста. В целом они требуют большей работы в пределах сессии, более продолжительного времени для психотерапии, большего напряжения сил, энергии и терпения психотерапевта, чем большинство других пациентов. По этой причине при работе с такими пациентами нередко эффект психотерапии невелик, возникают трудности в получении согласия на лечение, наблюдаются невысокие темпы изменений и низкий уровень удовлетворенности как психотерапевта, так и пациента.

Эти пациенты, обращаясь за помощью, обычно говорят о проблемах, не связанных с их личностью, чаще всего жалуясь на депрессию и тревогу, которые по классификации DSM-III-R относятся к Оси I.

Сообщаемые жалобы на депрессию и тревогу могут либо не иметь отношения к паттернам Оси II, либо проистекать из личностных расстройств Оси II и поддерживаться ими. Курс психотерапии гораздо сложнее, когда имеется комбинация психических нарушений, относящихся к Оси I и Оси II.

В когнитивной психотерапии расстройств личности должны быть изменены продолжительность лечения, частота психотерапевтических сессий, цели и ожидания психотерапевта и пациента, а также доступные методы и стратегии.

Учитывая трудности, присущие работе с расстройствами личности, удивительно, насколько состояние этих пациентов улучшается в результате применения модифицированного когнитивного подхода к психотерапии, описанного в этой книге.

Пациенты с расстройствами личности часто рассматривают трудности, с которыми они сталкиваются при общении с другими людьми или выполнении каких-либо задач, как внешние по отношению к ним и в основном не зависящие от их поведения.

Они часто говорят о себе как о жертве других людей или, более глобально, «системы». Такие пациенты часто не имеют представления о том, как они стали такими, какие они есть, как они создают себе проблемы или как им измениться.

Эти пациенты часто направляются на лечение членами их семей или друзьями, которые распознают дисфункциональные паттерны или больше не могут справиться с этими людьми. Некоторые пациенты направляются на лечение по решению суда.

Людям из последней группы часто предоставлен выбор, например идти в тюрьму или к психотерапевту (Henn, Herjanic & VanderPearl, 1976; Moore, Zusman & Root, 1984).

Другие пациенты хорошо осознают пагубный характер своих личностных проблем (например, чрезмерная зависимость, различные комплексы, чрезмерное избегание), но не понимают, как они дошли до этого состояния или как им измениться. Некоторые пациенты могут понимать этиологию своих личностных расстройств, но при этом не уметь меняться.

В то время как диагноз при некоторых расстройствах личности может быть основан на рассказах больных в ходе начальных сессий, у других пациентов диагностические показатели могут не появляться до начала лечения.

Клиницист первоначально может не осознавать характерологической природы, хронического характера и серьезности проблем личности пациента (Koenigsberg, Kaplan, Gilmore & Cooper, 1985; Fabrega, Mezzich, Mezzich & Coffman, 1986; Karno, Hough, Burnam, Escobar, Timbers, Santana & Boyd, 1986).

Часто именно у этих пациентов отмечаются самые серьезные проблемы в социальной сфере (Casey, Tryer & Platt, 1985). Некоторые пациенты обращаются к психотерапевту только для симптоматического лечения острых проблем. В случаях, когда может быть показано сосредоточенное на схеме лечение расстройств личности (см.

главы 3, 4 и 5), пациент и психотерапевт не договариваются автоматически о перечне проблем или целей лечения. При обнаружении проблем Оси II пациент может не захотеть работать над расстройствами личности, а скорее займется симптомами, с которыми он обратился. Важно помнить, что при лечении в центре внимания находятся цели пациента, а не других людей (включая психотерапевта).

Поскольку схемы пациента – это агент и одновременно цель психотерапевтического изменения, психотерапевт может работать с пациентом, чтобы развить доверие к себе в целях дальнейшей работы как над симптомами, так и над схемой. Ранний диагноз и планирование лечения, вероятно, более эффективны (Morrison & Shapiro, 1987).

Источник: http://itexts.net/avtor-aaron-bek/43738-kognitivnaya-psihoterapiya-rasstroystv-lichnosti-aaron-bek/read/page-2.html

Ссылка на основную публикацию